Глава 3 (1/1)
Если бы Шики умел и хотел улыбаться, то сейчас он шёл бы по улицам Тошимы с широкой и лучезарной улыбкой, заменяющей своим блеском и светом любой фонарь. Но так как улыбка и Шики – вещи принципиально несовместимые, то черноволосый мужчина шёл по улице с хмурой физиономией и глазами настоящего убийцы.И всё бы ничего: вполне обычная ночь, вполне обычный Шики, топающий убивать очередную самую обычную мразь, если бы не одно "но": Шики выходит убивать второй раз за день – а это значит, что мир, похоже, катится в тартарары. Именно это заявил попавшийся на глаза Шики мужчина. Тот, кстати, прожил совсем недолго.Красноглазый недолго был на своей «работе». Мразей на улицах бродило мало, все попрятались по своим норам, узнав, что Шики идет убивать второй раз за день. Луна освещала Тошиму и черноволосого мужчину, выглядевшего в серебристом свете ночного солнца ещё бледнее, чем есть на самом деле. Он сейчас очень напоминал Смерть в мужском обличии. Впрочем, кто знает этого Шики? Может, он и Смертью подрабатывать не брезгует.Оговорка: Шики и Смерть в Тошиме – равнозначные понятия.Иногда красноглазому змею казалось, что слово «смерть» в Тошиме заменят его именем и будут говорить не «вот и пришла моя смерть» , а «вот и пришел мой Шики». Звучит бредово, но именно такие бредовые мысли лезли в голову Шики, пока тот без особых чувств и напряжения убивал попавшегося под руку парня, буквально шинкуя его острой катаной.Акира снова стал его игрушкой – новость номер один.Он трахнул Акиру – новость номер два.Шики рад. Он рад именно этим двум обстоятельствам, дающим ему власть над Акирой, да и странную уверенность в своих действиях. Но также, с потерей памяти блондина, в голове у Шики все чаще стали появляться странные мысли, совершенно не присущие ему и орущие о таких же, не присущих Шики, вещах.Около шести утра – всю ночь мужчина не без удовольствия убивал – Шики вернулся домой, где на него тут же обрушилась тягость содеянного недавно: на его кровати без сознания лежал Акира. Бинты были окровавлены, – видимо открылась рана.Шики, да ты и впрямь садист!..Мужчина вздохнул и стал быстро снимать бинты с Акиры – судя по тому, что кровь не сильно обагрила простыни, а также не весь бинт был окровавлен, Акира потерял не так уж и много крови, а бессознательное состояние вполне могло быть следствием удара по голове. Принеся к кровати кувшин с водой и несколько полотенец, мужчина промыл рану, даже перекисью прижёг – наверное, единственным непросроченным предметом в его аптечке, не считая аспирина и обезболивающих – и снова перевязал. Все это Шики делал с каменным лицом, хотя его взгляд, то и дело, соскальзывал с раны чуть ниже – на обнаженную плоть Акиры.«Хм, а как его теперь помыть?» - подумал Шики, хмурясь, ведь вымыть Акиру, который в данный момент был вымазан в засохшей сперме и крови, не намочив только что наложенных бинтов – задача не из легких.А, собственно, чего это он печется о мальчишке? Очнется - помоется. Ведь так?«Ах да, надо чтобы он очнулся…» - «вспомнил» Шики и принялся рыться в аптечке. Кто знает, может, среди кучи просроченных лекарств он найдет нашатырный спирт? А уж его срок годности – дело предпоследнее.И нашатырь действительно нашелся, даже не просроченный – что было несказанной удачей для Шики, который сей вещью в жизни не пользовался, да и как-то постоянно пропадало желание пользоваться какими-либо лекарствами, вспоминая «каплю» и опыты проводимые над Николем Премьером и Акирой.Шики не знал, насколько сильный и противный запах у нашатыря, но судя по сморщившемуся личику блондина – пахнул он отнюдь не весенними цветами. Акира приподнялся и закашлялся, отгоняя от своего лица противные пары нашатыря. Шики поспешно закрыл крышечку – не хватало, чтобы еще и комната этой дрянью пропахла!- Кхе-кхе… Ши… Шики? – Акира удивленно посмотрел на черноволосого мужчину и невинно захлопал глазками. – Ты чего это… кхе… мне даешь нюхать?.. кхе-кхе!.. Решил отравить, что ли?..- Если тебе так хочется, то я могу и отравить,- пожал плечами Шики, подымаясь с кровати, и положил бутылочку с противной жидкостью обратно в небольшую аптечку. А потом, глянув на Акиру, невозмутимо заметил: - У тебя живот весь в сперме.Акира вытаращил на него свои большие голубые глаза и тут же перевел взгляд на собственный живот. Его щеки залил густой румянец, и он, что-то невнятно мямля, поднялся с кровати и потопал в сторону двери, то и дело оборачиваясь:- Я.. это… помоюсь, пойду… ванна там?.. да?.. Ну… я… э-э… я пошел мыться!..
Акира захлопнул дверь ванной прямо перед носом у ухмыляющегося Шики. Тот весь путь Акиры до ванны преследовал блондина, держа дистанцию всего в шаг-полтора. А как только дверь закрылась, он сложил руки на груди и с самым невинным видом, который Акира, не умея видеть сквозь стены, вряд ли смог оценить, томным голосом спросил:- А не впустишь меня?..- НЕТ! – послышался какой-то нервный голос Акиры из-за двери.Шики вмиг нахмурился – что это с блондином? Почему он так нервничает? Неужели что-то вспомнил или… или что тогда?..Если бы Шики знал, что причины нервозности Акиры - его сон, то непременно рассмеялся бы. Так же нервно. Про себя. Где-то Акира слышал, что сны - отражение их самих. А уж сны человека потерявшего память… Блондин печенкой чуял, что его сон – воспоминание из прошлого. Это значит, что он сам, в прошлом, позволил Шики делать с собой все что угодно. Он сам лег под красноглазого змея и по своей воле стал его персональной игрушкой. Что же толкнуло его на этот шаг?..Акира включил воду и встал под теплые струи. Вода смывала не только сперму и кровь, покрывавшие тело, но и чувство странности и непонятности происходящего. А еще вода намочила бинты…
- БИНТЫ!!!Акиры тут же выпрыгнул из-под воды и со вздохом посмотрел на бинты, почувствовав странную щиплющую боль в боку - на месте раны. Интересно, что скажет Шики на это? Ведь это он ему накладывал новые бинты и промывал рану?.. Акира нутром чуял, что Шики это не понравится. В конце концов, третий раз за день менять повязку, может и нормально, может, вполне естественно, но блондин очень сомневался, что у Шики где-то в шкафчике запрятана коробка с кучей бинтов. Уж кого-кого, а впечатление начинающего врача Шики не производил.Ну, разве что, врача-садиста.- БИНТЫ!!! – услышав вопль Акиры, Шики мысленно усмехнулся – ну вот, Акира сам намочил бинты. Лучше уж он, чем Шики. А то уж больно сильно бьет по самолюбию факт того, что Шики перебинтовал Акиру, предварительно не помыв его, или хотя бы не вытерев. Глупо как-то с его стороны, а идиотом он выглядеть не любил.Шики потянулся всем телом и поплелся на кухню. В нём проснулся зверский аппетит. Акиру-то он накормил, а вот сам не поел. А ведь хотел. Но потеря памяти Акиры совсем задурила ему голову, и все мысли вертелись только вокруг паренька. Акира, Акира, Акира...Что это с Шики такое?Даже когда тот по-настоящему был его игрушкой, даже тогда, когда Акира заботился о нём, после того, как Шики вышел из «прострации», даже тогда, когда Акира ушел, Шики не думал о нём так много, сколько думал этой ночью и думает сейчас. Неужели его мысли так взбудоражило то, что блондин потерял память?Знать бы ещё, что со всем этим теперь делать... Продолжать играться с ним, умалчивая о его прошлом, или рассказать ему все без утайки, что бы он сам решил, как ему быть?Шики вздохнул и с сожалением отметил, что безвозвратно испортил готовившийся рис – теперь его завтрак (а солнышко за окном уже медленно показывалось из-за горизонта) был массой странной консистенции, но никак не зернистым рисом. Безэмоционально выбросив испорченную еду в мусорку, Шики опять достал упаковку с рисом, снова высыпал его в воду и снова включил плиту. Главное - не думать об Акире, тогда ему точно ничего не помешает.Но не тут-то было.Мысли об Акире, о его памяти, о том, что он находится в его душе, о том, что он сейчас голый нежится под струями воды… - все это отвлекало и затмевало все мысли. Шики сейчас бы всё отдал за то, чтобы посмотреть на Акиру под душем! Как вариант – выбить дверь и внаглую любоваться им. А может, и не только любоваться.И сразу же в голове появляются воспоминания о том, как он имел Акиру в ванной. Незабываемые воспоминания. Чего только стоит раскрасневшееся личико Акиры в такие моменты!.. Может, и правда выломать дверь? В конце концов – это квартира Шики! Что хочет, то и делает! И с Акирой он что хочет, то и делает!«Собственник» - хмыкнула мысль голове Шики. Тот постарался пропустить мимо ушей факт того, что у него, кажется, раздвоение личности. А кому хочется принимать тот факт, что медленно сходишь с ума? Просто не думать об этом, и тогда все будет о’кей. Не думать о том, что у него начальная стадия раздвоения личности, не думать о воспоминаниях, связанных с Акирой, не думать о самом блондине, моющемся в его ванной……А еще не думать о том, что вторая порция риса, кажется, снова испорчена.«Ну, что ж, - немного раздраженно подумал Шики, засыпая третью порцию риса в кастрюлю. – Будем считать это тренировкой внимания».Как оказалось – внимание у красноглазого мужчины нулевое.Акира несколько минут стоял у двери ванны и слушал, как в кухне тихо матерился Шики. Акире вовсе не хотелось узнать новые выражения и эпитеты, его больше интересовал голос, произносивший все это. Хоть Акире из-за чего-то было сложно признаться самому себе, но ему действительно нравился голос Шики. Когда он мылся, в голове блондина проскользнула шальная мысль о том, как бы классно звучал голос черноволосого во время секса. Тихий и с легкой хрипотцой во время стонов… Эта мысль не хотела оставлять Акиру.Парень вздохнул, собрав волю в кулак, открыл дверь и тут же стукнулся носом о грудь Шики, облаченную в черную майку. Сглотнув комок, застрявший в горле, Акира смущенно поднял глаза и наткнулся на ухмыляющегося Иль-Рэ. Но от этой ухмылки не хотелось лезть на стену от страха, не хотелось рвать на себе волосы и валяться в ногах у мужчины. Нет. Эта ухмылка, больше похожая на неподдельную улыбку, наоборот заставила Акиру улыбнуться в ответ.- Чего так долго? – спросил Шики, и его ухмылка померкла. Маска бесчувственности вновь была натянута.- Вообще-то я мылся, - буркнул Акира, скрещивая руки на груди. А потом, взглянув на мужчину, спросил: - Шики, как я стал твоей игрушкой?Акира спросил быстро, резко, на одном дыхании, для того, чтобы понять – тот сон, приснившийся ему недавно, действительно воспоминание из прошлого или же игра подсознания. Ответ Шики объяснит ему важность того, что ему приснилось и, возможно, ещё приснится. В конце концов – Акира потерял память, и единственный, кто может рассказать ему о его прошлом - Шики. Единственный.Шики наклонил голову и изогнул бровь:- Зачем тебе знать?- Это глупый вопрос, Шики.- Ты мне не веришь?- Не… да… я… Как?Несколько секунд Шики молча буравил взглядом Акиру. А потом сказал:- Ты сам разрешил мне делать с тобой все, что я захочу.Вот он. Ответ.
Значит то, что видел во сне Акира – действительно его воспоминание. Он действительно САМ разрешил Шики делать всё, что тот захочет. И Шики делал, что хотел.- Зачем тебе знать это? – с какой-то убийственной холодностью спросил Шики, направляясь в спальню. Акира, совершенно не обращая внимания на свой обнаженный вид, последовал за ним:- Это вполне естественно… ведь я потерял память, а ты единственный, кто может рассказать что-либо о моем прошлом.- Прошлое, настоящее, будущее… эти вещи так зыбки.- Знаю, - подтвердил Акира, подходя сзади к черноволосому мужчине и кладя свою руку ему на плечо: - Ты расскажешь мне?Шики молчал.
И это молчание действовало на нервы. Давление личности Шики было слишком велико, хотя Акира и не помнил, кто такой Шики на самом деле, он чувствовал всем своим существом: Шики - человек с необычайной силой воли.
И это давило на блондина ещё больше.- Расскажу, - наконец сжалился над Акирой Иль-Рэ. Акира уже готов был улыбнуться широко-широко, лучезарно-лучезарно, чтобы ослепить Шики, как услышал продолжение фразы: - С одним условием – ты остаешься моей игрушкой. Не смотря ни на что.Акира сощурил глаза и спросил, глядя в алые глаза Шики:- А что такого ужасного я узнаю?Шики лишь ухмыльнулся. Акира наклонил голову, задумавшись: быть игрушкой Шики, но вытягивать из него факты из собственной биографии, или быть игрушкой Шики, но напрямую спрашивать обо всем, что ему хочется знать – два варианта. Выбор падает на самый перспективный.- Я согласен.- Хорошо, - только и сказал Иль-Рэ, отходя от Акиры. У самой двери Шики приостановился и сказал: - Ты оденься, хотя бы. Некоторые личности не железные.Акира тут же спохватился и, схватив лежащие на полу штаны, принялся натягивать их прямо на голое тело. А потом чертыхнулся и, сняв штаны, принялся искать белье. Шики, увидев это, наверняка усмехнулся бы, а может даже улыбнулся, коли был бы тут, а не на кухне.- «Не железные», - передразнил Акира Шики, застегивая штаны. – Ага, то-то я смотрю, ты не набросился на меня.Действительно, а почему Шики не набросился на него, увидев обнаженного после душа?..Ах, если бы Акира догадывался, что в тот момент, когда он переодевался, Шики стоял в кухне и думал о том же. Ему невыносимо хотелось наброситься на паренька, раздеть (упс, он ведь был уже раздет) и изнасиловать нафиг, не зависимо от того, хочет того Акира или нет.Так почему..?«Совесть проснулась?!» - снова удивилась чужая мысль, заставив Шики со злости ударить кулаком по стене. Что за мысли!? Кто в его голове живет и постоянно комментирует все его действия?!«Приятно познакомится – СОВЕСТЬ!» - язвительно отозвалась мысль. Именно мысль, а не какой-нибудь «голос» преследующий некоторых неуравновешенных личностей. Именно мысль – чужая и даже, можно сказать, «разумная».Шики еще раз треснул кулаком по стене, заставив штукатурку на ней потрескаться и осыпаться.«Нужно снять напряжение. Нужно снять напряжение», - повторял себе Шики. Он хотел было взять уже катану и направиться на «работу», как остановился и усмехнулся. Да-а… Третий выход Шики «в свет» люди Тошимы не переживут. Скорее самоубийство совершат.Он отложил катану и вышел в зал, где его, странно смотря своими лазурными глазами, ждал Акира. Шики оглядел блондина с ног до головы и с усмешкой отметил, что Акира очень худой. Ну точно покормить надо.Шики вздохнул: напряжение – напряжением; мысли – мыслями; секс с Акирой - секс с Акирой, а вот накормить парня все равно надо.- Есть хочешь? – спросил Шики, глядя на Акиру. В подтверждение этому было урчание живота Акиры.- Хочу.- Приготовишь сам, - тоном, не терпящим пререканий, сказал Шики, скрещивая руки на груди и смотря на Акиру.- Хорошо, - легко согласился Акира. – Только рис мне дай.Молчание.- Шики? Дай мне рис, я приготовлю!- Риса нет.- Э-э-э… Нет? А где он?Молчание.- Ты что, весь использовал, но не приготовил?..- Всё что лежит на кухне твое. Бери и готовь. Я пойду, полежу, - Шики быстро проскользнул мимо Акирыв комнату, оставив блондина одного хлопать глазами.Шики было странно осознавать, что, кажется, впервые за свою жизнь он смутился.