XIV (1/1)
Выстрел.Потом ещё и ещё.Каждый осужденный вздрагивает от неприятного звука.Дети начинают рыдать с неимоверной силой, кто-то апатично смотрит в одну точку и его приходится тащить по земле. Зрелище не из приятных.Я, дегенерат, остальные при исполнении и, наконец-таки, Тагабат, шли рядом с заключенными.—?Ой у пол? криниченька, з не? вода прот?ка?,?— поет Тагабат, играясь с пистолетом. Иронично.—?Ой там чумак с?р? воли пасе, в?н з криниц? напува?,?— подпевает дегенерат.Делаю вид, что не слышу эту народную балладу.Я смотрел в толпу, но ничего в ней не видел.Зато я чувствовал?— там шёл мой Андрюша с опущенной головой. Я чувствовал: пахнет домом.Тем самым,на берегу озера…Скромная сельская обитель, внутри казалась величественным дворцом с множеством картин.А ещё чувствуется тепло. Тепло любимых, шершавых, чистых без деяний, рук. Они прикасаются к моим щекам, медленно перебирают мои полуседые пряди…А потом… Они ускользают.Я вздрагиваю. Внутри похолодело.?Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я смогу без него жить. Я не смогу без него жить. Я не смогу без него жить? ?— повторял я как проклятый.—?… Висипали чумаку Макар?.—?Високую могилу!—?Посадили чумаку Макар?.—?Червоную калину…… Туман окутал город. Иногда мне кажется, что это души умерших, ничем не отличающихся от нас, людей.Мы продолжаем идти, туман становится гуще.Окровавленное поле впереди. Кому-то становится сразу же дурно, кто-то морщится. Вонь. Разлагающиеся тела лежат в куче. Это сегодняшняя партия.Я не могу держать себя в руках.Открываю рот, чтобы доложить Тагабату о своих намерениях, но слышу выстрел.—?О, кажется, это Андрея грохнули,?— указывает пальцем куда-то вдаль и говорит дегенерат, наслаждаясь моим выражением лица.Моя кровь стынет в жилах. Чемодан, который я держал до сих пор в руках, звонко падает, и я хватаюсь за маузер.Они обманули меня. Я потерял своего лучика, свою надежду.Хочу закричать:—?Хватит! Зачем вы отняли ему жизнь, если виновен тут только я!Говорю:—?Нет. Это невозможно. Убью его я.Тихо, спокойно, с наслаждением. Будто реально сейчас приставлю ему к виску дуло пистолета.Тагабат и дегенерат заметно замешкались. Поверили?—?Тогда делай что посчитаешь нужным,?— объявил доктор с явным недоверием. Он вздыхает, крутит бутылку вина.—?Верно,?— дегенерат явно ничего не знал, поэтому обрадовался, что я рад служить родине.Киваю, поднимаю с земли свой грязный чемодан, начинаю бежать.Ха-ха! Они поверили!Они правда поверили!Я правда могу спасти его. Главное успеть, главное успеть.Туман будто рассеивается. Он даёт мне пройти к нему. Будто шепчет мне на ухо: ?Послушай себя, послушай свое сердце, что оно говорит??А оно говорит то, что давно скрывало.Как я люблю Андрея.Как я люблю свою матушку.Как я благодарен за то, что всё-таки жизнь дарит мне новый шанс.Этот шанс теперь я не упущу, ни за что. Возьмусь мертвой хваткой, улыбнусь, и расцелую.Моя одинокая дорога вела к маленькому сельскому домику возле берега… К тебе, Андрюша.…—?Привет.?Ты идиот? У вас мало времени, к черту твои ?привет?! Скажи все, что считаешь нужным?—?Привет,?— поприветствовал меня Андрюша. Он сидел возле трупов, склонивши голову. Он не смотрел на меня, но голос узнал.—?Слушай… —?начал было я, уже собравшись, но он перебил меня, все продолжая апатично смотреть вниз:—?Убей меня уже. Я больше не хочу существовать, если в этом мире я никому не нужен. Матери?— не нужен, отцу?— не нужен, тебе?— не нужен. Я даже себе не нужен, понимаешь?!Андрюша поднял голову. Его глаза были наполнены слезами.—?Каждый раз я слышу только плохое в ответ из-за того, что я такой родился. Я ничего не выдумывал в своей голове, я просто хотел любить… —?голос Андрея становился хриплым. Он смог встать на колени.—?Возьми свой пистолет. Приставь дуло ко лбу. Давай. Сделай это. Я не хочу больше любить. Дышать. Это делает мне больно.Андрюша плакал, умолял, потом снова плакал.Я упал на колени тоже. Начал обцеловывать его грязные от пыли руки. В лихорадке трогал его плечи, щеки, голову. Потом я обнял его крепко-крепко, до удушья, как обещал, что мертвой хваткой.Он перестал плакать.Он снова был как фарфоровая кукла. Только теперь на ней была трещина. Владелец нечаянно повредил ее, не понимая последствий.—?Прости. Прости меня. Прости. Я не могу жить без тебя. Пожалуйста, забудь, что я говорил в подвале. Прости. Прости, что предал тебя. Прости, что сомневался. Прости, что я чекист и убивал людей. Прости меня. Не ненавидь меня.Мои слова были молитвой. Я плакал.Вдалеке продолжались выстрелы.—?Давай уедем, слышишь? —?спросил я после минуты молчания. В его глазах читалось удивление вперемешку с счастьем. —?Уедем, забудем этот город, начнем новую жизнь, заведем собаку.—?Кота.—?И кота.Вмиг напряжение пропало, поле казалось не кровавым месивом, а чудом, где мы снова встретились.Я взял его за руку, и мы побежали через лес к ближайшей станции. Поезд отъезжает через минут двадцать.Когда я бежал, я понял, что доктор Тагабат помогал мне.Он отпустил меня к Андрюше.Он оставил документы.Он не появлялся весь день передо мной. Доктор думал, что ему сделать. Доложить начальству? Убить меня самостоятельно?Он сделал то, чего я не ожидал.Возможно, Тагабат действительно считал, что я всё-таки одумаюсь и убью своего парня. Но где-то внутри он принял меня таким какой я есть.Сложно назвать его моим другом. Просто…Спасибо.Огромное человеческое спасибо.…Уже на пути к автовокзалу Андрюша переоделся в более опрятную одежду. За все время, что мы сидели на скамейке и ждали поезд, он не отпускал мою руку. Наш чемодан закрывал нашу любовь, поэтому этот жест выглядит ещё интимнее.—?Куда поедем, решил?—?Нет, но я думаю, что нам обязательно нужно побывать на Камчатке.—?Тогда отправимся туда, когда сможем встать на ноги. Возьму билет на конечную.Решив, я встал, но Андрюша ухватился рукой за моё пальто. В его глазах читалось беспокойство.—?Теперь я никуда не убегу.Эти слова подействовали на него с невероятной силой. Он улыбнулся так ярко. Его ямочка на щёчке заворожила меня.Я пошел в ближайшую кассу, чтобы заплатить за билет.Уже подойдя на ресепшн, сзади я услышал голос:—?Купите спички, сэр, вы же курите.—?Извините,?— сказал я, не поворачиваясь.—?Тогда приз мне!—?Ах!Я взолновано повернулся и увидел девочку в… зелёных штанишках. Видимо красные уже испачкались. Беззубая девчонка, которая победила меня в игре классики, улыбалась, протягивая мне спичку. Я дал 2 копейки, и она сжала их в руках, как сокровище.—?У меня к тебе просьба,?— я наклонился и прошептал ей на ушко:?— скажи моей маме, что я в порядке. Что… Мы в порядке.—?Кто это, ?мы?? —?спросил беззубик удивлённо.Теперь была моя очередь улыбаться. С моей души упал камень.—?Её сыновья.…—?Так долго! —?начал топтать ногами на месте Андрюша как ребенок. Он наконец показывал те эмоции, которые хотел, потому что роль чекиста не позволяла ему.Я тоже заметно расслабился. Улыбнувшись второй раз, я извинился, рассказывая ему забавную историю.—?Нужно было меня позвать, но я рад, что ты подружился с ней. Стоп… Ты знаешь о письме?—?Да. —?я видел на его лице испуг. Он же не сделал ничего плохого, почему он так себя ведёт?—?И про кольца знаешь…—?Что?Я удивлено уставился на него.Он тоже посмотрел на меня как-то странно.Между нами повисла тишина.Только человек на громкоговоритель оповестил людей, что поезд прибывает на свою станцию.—?Парные кольца, которые мне матушка отдала.Он протянул мне открытый футляр.Там действительно были кольца моего погибшего отца и матери, которая позволила мне уехать.Наша свадебная церемония прошла здесь, на ЖД вокзале, в окружении незнакомых лиц, кроме девочки в зелёных штанишках, естественно, но она, кажется, уже убежала.Спасибо мама.Спасибо.Поезд прибыл.Мы зашли. И… Этот город больше не вспомнит нас.Это не выход. Мы знаем. Я и Андрюша попросту сжигаем мосты. У нас будут ещё куча проблем, множество препятствий, но пути назад нет, да и не хочется возвращаться в этот туманный город…Конец.