персональные поцелуи (1/1)

— Кого Дауни-младший целовал чаще всех? — спрашивает фанат, держа в руках серый микрофон.Себастиан давит смешок, делает серьезное лицо и указывает на Эванса, сидящего в отдельном кресле, чувствуя на себе прожигающий взгляд, не сулящий ничего хорошего. Энтони поворачивается, смотря в сторону друзей, и качает головой, вздыхая.— Дауни-младший целует Криса каждый день. Серьезно, вот лично я не получил ни одного, а у Себа, кажется, их было всего два. Наш Капитан точно в фаворитах у Роберта Железное сердце.Крис растягивает губы в улыбке, прикусывая указательный палец, и на секунду выпадает из реальности.Потому что, Господи-Боже, да. Роберт целует его каждый день, из раза в раз, как только видит. Их непреодолимо тянет друг к другу, как разные полюса магнита, и сопротивляться чудовищно мощной силе невозможно. Поцелуи в щеки, в лоб, в нос, в шею, в губы, в ключицы, в любые части тела; поцелуи медленные, быстрые, тягучие, неожиданные, глубокие, мимолетные; поцелуи шутливые, страстные, жгучие, саднящие, чужие (кои приравниваются к вызывающим ревность). Их просто тысячи.Они целуются за трейлерами, в кладовке, в машине, даже на площадке, когда мало народу и никто их не видит. Крис постоянно прижимает Роберта к себе, не в силах удержать свои руки на месте или хотя бы на чужой талии, поэтому прическа Дауни всегда выглядит растрепанной, взъерошенной, как будто на его голове только что произошел ядерный взрыв. Поцелуи получаются слишком страстными, вызывающими мерно накатывающее возбуждение, поэтому чаще всего их приходится быстро прерывать, дабы не светить натянутыми брюками перед людьми.Они целуются в кафе, в банке, в магазине и в кинотеатре, когда впервые приходят на премьеру фильма. Никто не может осудить Роберта за то, что полсеанса он провел в туалете, потому что ?простите, но, кажется, у меня несварение желудка? и Криса, который вызвался проводить друга до нужного помещения и куда-то пропал. Все были слишком поглощены фильмом, чтобы замечать такие детали, и касту совершенно не нужно знать, с какой силой Эванс срывал с Роберта одежду, стараясь ее не порвать, и насколько глубокие поцелуи он получал за это, от переизбытка ощущений сжимая ягодицы Дауни чуть ли не до синяков.Они целуются в примерочной, в гримерке, в баре и в доме у братьев Руссо, когда те решают устроить небольшую вечеринку в честь окончания съемок фильма. Роберту хватает всего часа, и он не выдерживает, утаскивая Криса в сторону бассейна, где сейчас совершенно никого нет и где так правильно темно. Он приподнимается на мысках, наклоняя чужую голову ниже, и мягко касается губ, проталкивая язык в приоткрытый рот. Когда его крепко сжимают в объятьях и прижимают к себе, воля Роберта совершенно ломается, и больше всего на свете ему хочется оказаться в какой-нибудь комнате на верхних этажах этого огромного дома, наплевав на всех и вся, ибо Крис, Крис, в чьи губы можно сладко стонать от наслаждения, — все, что ему нужно. Когда кто-то из гостей, кажется, это был Энтони, выходит на улицу, к ним, они уже спокойно стоят, соприкасаясь только плечами, и смотрят в небо, на медленно появляющиеся звезды. На недоуменный взгляд Маки Роберт хмыкает, потому что ?черт возьми, Крис, как ты можешь курить?? — ?ох, да, действительно, прости, Роберт, такого больше не повторится?. И Энтони только пожимает плечами, говоря, что Руссо собирают всех вместе ради какой-то там душещипательной речи, поэтому им стоит поторопиться и вернуться назад, а не любоваться ночью, которая, все-таки да, очень красивая. Они целуются в студии звукозаписи, на шоу Джимми Киммела, на различных конференциях и в квартире Криса, в которую просто сбегают от всех фанатов, журналистов и режиссеров. И это самое чудесное в мире место, уверен Роберт, потому что именно в этой крошечной квартире (купленной специально для временного проживания, когда просто устаешь от всего) они могут позволить себе все, о чем думают на протяжении долгих недель и месяцев. Именно здесь они осыпают друг друга поцелуями, обнимаются, ходят практически — нет, не практически — обнаженными, совершенно не стесняясь своей наготы. Именно в этом месте они делают перепланировку каждый раз, как приезжают, потому что Роберта хочется брать везде: на столе, у стены, у шкафа, в ванной комнате, на полу, на диване, на кровати, на стуле, у плиты; стоя, сидя, лежа, да в любой чертовой позе, ибо это же Роберт — идеальный и совершенный, созданный лишь для него, эгоистичного Криса Эванса, старающегося скрыть своего человека от всего мира — и мебель, на которую приходится удар всей их любви, просто не выдерживает напора, какой бы крепкой она ни являлась.Они целуются всегда. Везде.Крис прочищает горло и улыбается еще шире. Он вертит в руках микрофон, слегка щурится и подносит его к лицу, пожимая плечами и беззаботно бросая:— Думаю, да. Я должен с этим согласиться.