"Бич" и "пряник" (1/2)
- Гарри... Гарри, что-то не так.
- Следи за языком.
- Сэээр?... Пожалуйста.
- Ты прав, что-то не так. Я даже знаю что. Ты флиртовал с каким-то мужиком, вот что не так.
Эггзи не мог понять, Гарри реально зол или играет? Судя по тону - он просто в гневе - такой безразличный и холодный голос у него бывает только в самых критических ситуациях. Но рука, которой он подтолкнул Эггзи в подъехавший кэб, была тёплой и ободряющей, мягкой...
Анвин не мог разобраться в своих эмоциях, внутри что-то клокотало и дрожало, но в одном он был уверен точно - от ладони Гарри исходят электрические импульсы, возбуждающие все нервные окончания и просто... Возбуждающие.
- Сэр, я не понимаю... - Кэб тронулся.
- Я тебе сейчас объясню, - Гарри, сидящий напротив, наклонился вперёд и, привычно ухватив Эггзи за горло, вжал его в сиденье, - Под моими пальцами сейчас доказательство, что ты обязан беспрекословно мне подчиняться. Не устраивает - снимай ошейник.
Эггзи задыхался не только от нехватки кислорода, но и от желания. Рот распахнулся, глаза закрывались, руки дрожали, но он не смел вцепиться Гарри в запястье, чтобы ослабить хватку. - Даже думать не смей о непослушании. Иначе я пристрелю тебя, как пристрелил своего пса.
Разжиженными остатками мозга Эггзи осознал шифр. Гарри все-таки прикидывается - он не убил мистера Пикуля, значит, это обман. Значит, ему ничего не угрожает... Им.
Но все равно, контраст между Гарри-вчера-в-кабинете и Гарри-сейчас-в-такси пугал его. По венам тёк страх и адреналин, и Эггзи мутило от этой дикой смеси.
- Ты будешь наказан. Серьёзно наказан, Эдди, - Харт точно врёт, раз имя фальшивое, - И я запрещаю тебе говорить.
Эггзи готов был вырубиться. У него уже всё стояло и ныло от жажды прикосновений. Почему на него так странно действует удушение?
Гарри взглянул на него совсем иначе, чем секунду назад - взволнованно, тревожно, нежно. И достал телефон.
"Ты в порядке? " Эггзи помотал головой и простонал сквозь зубы. "Хочешь, вернёмся домой?"
Эггзи помотал головой ещё яростнее и взглянул вниз, на свой стояк. Ему нужна была сессия. Прям хоть здесь, в машине. До дома он не доедет, лучше уж в Бич.
"Он тебя опоил?" Эггзи жалобно взглянул на Гарри. Он был не в силах печатать, перед глазами всё плыло и яркий свет экрана раздражал. Он тяжело дышал, щеки горели, а одежда мешала.
Гарри нахмурился. Он протянул руку и... Что он там делал, Эггзи не понял. Он просто наслаждался прикосновериями ко лбу, к шее, к векам, к запястьям... Гарри что-то проверял и высчитывал, а Эггзи плыл по волнам блаженства. Ему отчаянно было нужно больше.
"Наркотик. Афродизиак и подавитель воли". - Я уже видел это раньше, - пробормотал Гарри вслух.
Эггзи было плевать. Он не слышал ничего, кроме стука своего сердца.
Гарри сунул телефон прямо ему под нос и подождал, пока Эггзи сфокусируется.
"Вывести токсин можно только естественным путём. Я тебе помогу".
- Уж пожалуйста... - пролетел Эггзи заплетающимся языком.
Что удивительно, из такси он выбрался самостоятельно и до клуба дошёл на своих двоих. Всё, что касается физического аспекта - он контролировал. Но вот стоило только Гарри дежурно улыбнуться администратору, как внутри поднялась неуправляемая волна праведного гнева - хотелось подойти поближе, вмазать парню, а потом за грудки оттянуть Гарри в сторону и зацеловать до смерти. И если бы Харт не развернулся к нему и не потащил за ошейник наверх, он бы так и сделал.
Стояк мешал идти. Эггзи попытался проанализировать своё состояние относительно естественного возбуждения и не нашёл ни одного отличия. Наверное, афродизиак был качественный...
В синей комнате уже были и Маркус, и Крис. - О, Вы уже готовы...
- Да, и это несколько осложняет дело. Впрочем, он все равно должен быть наказан.
- Они такие провокаторы.
- Это точно.
Гарри запретил ему говорить ещё в машине, а теперь запретил и шевелиться. Вот это уже жестоко.
Он сам стал его раздевать. Везде, где его пальцы касались кожи, расцветали сгустки жара. От каждого прикосновения бежали мурашки, как в лихорадке, наслаивались друг на друга волнами, пробирали до сведенных мышц. Эггзи очень быстро остался совсем голым, но ему было куда жарче, чем если бы он стоял в одежде. А ещё ему было почему-то стыдно. Смущение покрывало его кожу как прозрачный шёлк. Он даже сам себе не мог объяснить, почему чувствовал это.
Рядом снимал одежду Крис под пристальным взглядом Маркуса. Судя по звукам, это должно было быть похоже на ускоренный стриптиз. Эггзи забылся и повернул голову, чтобы видеть происходящее, и... в то же мгновение получил лёгкую пощечину, заставившую его вернуться в исходное положение.
- Не двигайся. Не усугубляй своё положение.
Они с Гарри смотрели друг другу в глаза. Один пытался дать понять, что не навредит, другой - что готов ко всему. Видимо, их отношения уже достигли той стадии, когда для общения слова не нужны. Молчаливое согласие было не тише громко сказанного вслух.
И это будто нажало спусковой крючок. Что-то эфемерно щелкнуло, и всё встало на свои места. Остальной мир привычно перестал существовать.
Эггзи облегченно выдохнул. Это последний спокойный вдох за этот вечер. Он будет наказан. И вознагражден. А потом снова наказан и снова вознагражден... И так пока он не перестанет связано мыслить.
Гарри приложил ладонь Эггзи к груди и надавил. Пришлось подчиниться и сделать шаг назад. Эггзи чувствовал себя отрицательно заряженным магнитом, его просто вдавливало в пространство спиной вперёд. Под колени что-то мягко ударило, и он наудачу рухнул назад. Это был стул, пошатнувшийся от резкого движения.
- Пусть он привяжет его, - Гарри кивнул Маркусу, Маркус - Крису. А Эггзи изобразил на лице укоризненную мину. Гарри понял, что его не устраивает, и незамедлительно ответил.
- Ты наказан. С этой минуты я к тебе не прикоснусь, пока ты полностью не раскаешься.
Это "полностью" прозвучало как-то особенно значительно, с нажимом. Хорошо хоть, не "никогда". Интересно, как можно раскаяться, если нельзя говорить и шевелиться?
В поле зрения появился Крис и заслонил собой всё остальное. Эггзи не видел ничего. Ему и так приходилось сдерживать свои порывы, а уж после того, чем его накачали, ситуация приняла совсем плачевный оборот. Дыхание сбилось, когда Крис задел его колени, опускаясь вниз. Все силы уходили только на то, чтобы не вплести пальцы в его странную причёску. Ступни сводило, и ковёр под ними казался жёстким и колючим. Сейчас вообщелюбое прикосновение к разгоряченной коже было подобно удару тока или уколу толстой иглой.
Эггзи даже не осознавал, что должен сохранять маску, играть или притворяться. Он забыл, что должен устраивать шоу, как порноактер, желающий заветную статуэтку*. Сейчас он был больше похож на прежнего себя, ещё ничего не знающего о шпионстве, ещё не искушенного в делах пикантных и жаждущего новых впечатлений. Как всегда, в омут с головой.
Крис привязал его лодыжки к ножкам стула - так, как делают при похищении. На тренировках в Кингсмен Эггзи показал отличный результат, выпутываясь из такой ловушки и используя разломанный стул как нунчаки. Но сейчас он не хотел выпутываться, а хотел наоборот, чтобы верёвки сильнее впивались в кожу, чтобы, может быть, он её даже содрал о жёсткие узлы, дергаясь...
Крис развел его бедра и вклинился между них, все так же стоя на коленях. Он был ниже, значительно, головой едва доставая Эггзи до груди. Он решил связать ему руки прямо так, из этой позиции. Для этого ему пришлось обнять Эггзи, наклониться близко-близко и обхватить его запястья за спиной, вслепую. Кажется, Крис больше всех тут заботился о театральности.
Эггзи не удержал стон. Его член был прижат к груди Криса, а боками он чувствовал его локти. Ладони на запястьях были холодными и мягкими, и Эггзи хотелось переплести с ними свои пальцы.
- Они так хорошо смотрятся вместе, да, Гарри?
- Ты прав.
Далее последовал шорох и шум, как будто кто-то двигал мебель.
- Делайте с ним что хотите, мне нужно, чтобы он кончил до того, как я за него возьмусь.
- Ты его слышал, Крисси. Порадуй нас.
Для Эггзи это прозвучало как приговор. Огромная часть его внутреннего я, самая тёмная и беспутная часть, вопила от счастья от возможности получить Криса, но в затуманенном киселе, в который превратился его разум, плескалась маленькая вишенка верности Гарри. Не будет ли тот ревновать? В том, что Харт его не бросит, он был уверен на все сто. Он точно знал, что после наказания Гарри сделает так, чтобы он совершенно забыл и о Крисе, и о других людях. Напрочь.