Глава 8 (1/2)

Прогнозы Катарины насчёт того, что дети проспят до середины дня не подтвердились, Адела и Карел вскочили со своих кроватей и побежали в комнату к родителям, тут же плюхнулись к ним на кровать.

— Да, — подумал Вацлав, не надо было говорить Аделе, чтобы она вела себя как обычные маленькие девочки.

— Ну что, выспались? — спросила Катарина у ребят.

—Да, — кивнула Ади.

— А ты, Карел? Ты всю дорогу до гостиницы проспал, — поинтересовалась мать. Карел только кивнул. Дети, не сводя глаз с родителей, спрашивали, что у них на завтрак, и, когда узнали, что еда будет не домашней, тут же запротестовали.

— Ни каких "но", юная леди, здесь тебе никто домашнюю пищу готовить не будет — строго произнесла Катарина, дав понять дочери, что если она не будет слушаться маму и папу, то её не пустят плавать в бассейн и не дадут играть в детской комнате.

— Это касается и тебя, Карел Коллер — пригрозил Вацлав сыну. Дети виновато переглянулись между собой и поняли, что, если они не будут слушать родителей, "не получат сладкого". Своих детей чета Коллер воспитывала в строгости, никаких поблажек родители детям не делали, свои любимые конфеты дети получали только после обеда или ужина, и никак не до ужина.

Большинство хлопот своим родителям доставлял непоседа Карел, бывало, он гонял мяч не только по улице, но и по дому, и пару раз задевал вазы с цветами. За это его пару раз ставили в угол и давали наказ, что если он так ещё сделает, то больше свой любимый мяч не увидит. Что касаемо Аделы, то, хоть она и растёт пай-девочкой, иногда ленится убирать за собой комнату. В угол её, конечно, не ставили, но говорили, что она не пойдёт гулять на улицу до тех пор, пока не уберётся в комнате. Когда Катарина делилась своими методами воспитания с другими мамами, то они просто хватались за головы и причитали, мол, "как так, наказывать детей!". Тут же начинали втирать про некие права для детей, которые и знать не знают про эти права, всё это западное воспитание проникло вместе с толерантностью и прочим бредом в восточную Европу, включая и Чешскую республику. Впрочем, инцидент Панхеи показал, что вся эта толерантность просто пустышка, а что касаемо воспитания детей, то супруги Коллер воспитывали своих сына и дочь так же, как когда-то воспитывали их родители.

Когда в номер привезли завтрак, Катарина сделала замечание детям, чтобы они умылись перед завтраком, а потом уже садились за стол завтракать.

— Мам, а ты мне бантик в косичку заплетёшь? — невинным голосом спросила Адела.

— Конечно, заплету, а пока иди умойся — улыбнулась Катарина. Дети пошли умываться. Слава Богу, что в номере две ванные комнаты, и родителям не приходилось ждать, пока их дети помоются. Дети умылись первыми и первыми засели за стол. На завтрак привезли каши и творог с кусочками фруктов. Катарина пыталась готовить детям такую еду, но они тогда только носы кривили, только увидев такую еду. Вот и сейчас, увидев кашу с творогом, оба начали кривить носы.

— Слышали, что мама сказала? — дал наказ Вацлав, — Если не съедите тарелку с кашей, то никаких игр на улице. На этот раз дети не слушали родителей и не притронулись к еде, тогда Катарина сменила родительский гнев на милость и сказала, что покормит их обоих с ложки. Вацлав был категорически против такого кормления, заявив, что так кормят только тех, кто не в состоянии держать ложку сам.

— Вот как, а у тебя есть другой способ противостоять детскому бунту? — скривилась Катарина, глядя на мужа. Муж только руками развёл, но заявил при этом, что так дети ещё больше задержатся на шее у родителей. Первый раз Катарина была не согласна со своим мужем, всё это напряжение только ужесточило его, а ведь он до этого был таким весёлым и беззаботным парнем. Ссорится с мужем, а тем более на отдыхе, Катарине совершенно не хотелось, поэтому она в шутку заявила, что после детей покормит и его, ведь дети так переживали за самочувствие отца, видя, как он чуть не развалился на части. Конечно, стоит держать детей в строгости, но не сейчас. Видя недовольный вид жены, Вацлаву оставалось только извинится перед ней и перед детьми.

— Мам, а что с папой? — едва слышно спросил Карел.

— Просто папа сильно перенервничал перед этим, ничего, он скоро вернётся в норму, — ответила Катарина сыну, а про себя подумала: ?Ну держись, Боб Пэйдж, за это тебе придётся отвечать?.

— Это всё из-за нас, братик, — виновато проговорила Адела, — Надо слушаться родителей и делать, всё, что они говорят. Карел согласился с сестрой и тут же начал есть кашу, показывая маме и сестре, что он послушный мальчик. Дети ели, а вот самой Катарине есть без мужа совершенно не хотелось, поэтому Китти решила, что устроит вечером небольшую разрядку для Вацлава, а пока надо вернуть его обратно в семью. Катарина встала из-за стола и пошла на балкон к мужу.

— И это тот самый доктор Коллер, который научил меня быть самой собой? — задала риторический вопрос Катарина, — Эй, мы же не позволим какому-то падшему иллюминату испортить нам отдых? — Вацлав взял жену за руку и притянул к себе, Китти не стала сопротивляться и села мужу на колени. Вацлав отставил тарелку с творогом и, обняв свою жену, сказал: — Прости меня, моя богиня.

— Я-то прощу, куда же я без тебя, а вот дети? Они вчера переживали за тебя не меньше, чем я, — упрекнула Китти мужа. Вацлав понял, что он облажался, и притом крупно перед своей семьёй и решил извиниться перед своими детьми за то, что он заставил их есть кашу. Если не хотят, пусть не едят. Когда Коллер вернулся обратно в комнату, дети уже доели всю кашу, и, увидев отца, бросились ему на руки.

— Пап, прости нас, мы будем тебя слушаться, обещаем, — виновато проговорил Карел.

— Да, прости нас, папочка, — улыбаясь и обнимая отца, — проговорила Адела.

— Это вы меня простите, — виновато сказал Вацлав, обнимая своих детей.

После завтрака чета Коллер вместе с детьми решила прогуляться по городу, а заодно посмотреть есть ли тут места для отдыха. Туристов в городе было немного, прошлое давало о себе знать. В основном тут отдыхали от своих тяжёлых дел аугментированные чехи.

— Надеюсь, мне не придётся подкручивать их аугментации, — шепнул Вацлав жене.

— Ты лучше о себе подумай, милый, а то тебе никакая сыворотка Соколова не поможет, — шепнула мужу Китти.

— Ты права, моя принцесса, — улыбнулся Вацлав и чмокнул жену в щёку. — Пап, мам, а когда мы пойдём в бассейн? — вдруг спросила Адела, сидя на плечах отца.

— Уже идём, милая, — ответил отец. Поездку в Карловы Вары никто из семейства Коллер не планировал, но купальники для всей семьи были куплены давно, в том числе и плавательные круги, и манжеты для детей, а также был куплен разноцветный пляжный мяч. Придя в бассейн, вся компания сразу стала переодеваться в купальники и плавки. Вацлаву и Карелу в этом плане повезло куда больше: они просто сняли с себя одежду, и Вацлав помог сыну надеть плавательные манжеты, и, подхватив его на руки, пошёл с ним купаться, пока Китти и Адела возились с купальниками.