Эпилог (1/1)

Полгода спустя...Утреннее солнце заливало ярким светом фасад старинного особняка — огромного, с угловыми башнями, делающими его похожим на замок. Черный ?Бентли? миновал ворота и плавно остановился у широкого крыльца. Водитель, выйдя из машины, открыл заднюю дверцу.Высокий человек, с уже подернутыми сединой волосами, но стройный и быстрый, одетый в строгий темный костюм, легко поднялся на высокое крыльцо, кивком поздоровался с вытянувшимися в струнку охранниками и вошел в просторный холл здания. Снаружи день обещал быть жарким, но здесь всегда было одинаково — тихо и прохладно.Широкая лестница на второй этаж, длинный коридор, упирающийся в стену с темной двустворчатой дверью…В приемной, отделанной панелями из темного дерева, тоже было прохладно и свежо. Секретарь, улыбчивая белокурая девушка, уже сидела за столом справа от закрытой двери кабинета. Она беседовала с дамой постарше, расположившейся у окна в кресле для посетителей. При появлении хозяина приемной и кабинета они дружно встали.— Доброе утро, Мари, — кивнул он секретарю. Поцеловал руку второй даме: — Дана, ты очаровательна!— Совещание начнется через двадцать минут, — заметила она в ответ. — У нас еще уйма дел.— Две минуты, и я буду готов, — произнес он, исчезая за дверью кабинета.Ровно через две минуты он сидел за рабочим столом. В дверь постучали, и вошла Дана.— Только не говори, что кризис в Боливии привел к падению стоимости наших вложений на два пункта.— Кризис в Боливии привел к падению стоимости наших вложений на полтора пункта, — невозмутимо ответила Дана, кладя на стол папку с бумагами. — И не смотри на меня так выразительно, Арман. Открывать вместо тебя совещание я не буду.— А что в этом страшного? — заметил он, надевая очки в тонкой оправе и придвигая к себе папку. — Или остроты Ченга тебя настолько утомили?— Не знаю, как у него с чувством юмора, но тебя он боится до судорог. А это изяществу мышления не способствует.Арман глянул на нее, отвлекшись от чтения, и во взгляде его будто сверкнула и снова скрылась в ножнах отточенная сталь.— Боится, говоришь? — Он снова принялся просматривать бумаги. — Ничего, пусть. Впереди у нас много интересного.Дана села в кресло для посетителей и, облокотясь на стол, подперла рукой подбородок. — Речь о повестке сегодняшнего совещания?— В частности, речь пойдет о результатах предварительных исследований, проведенных группой Дэниела Кери.— Ты, помнится, высказывал идею назначить кого-то из членов Трибунала для наблюдения за работой группы?— Да, именно так.— Кто это будет?— Лао Ченг.Выражение лица Даны не изменилось, но вскоре она задумчиво произнесла:— Свершилось. Ты выжил из ума. Так?— Ну, радость моя, не прикидывайся глупее, чем ты есть, — хмыкнул Арман. — Уж кто-кто, а ты, как мой советник, эту идею должна оценить по достоинству.— Тебе, господин мой, придется растолковать это мне еще раз, — проговорила Дана.Арман отодвинул бумаги и посмотрел на нее с лукавым прищуром:— О политике кнута и пряника ты слышала. Кнутов с него достаточно, очередь за пряниками... Брось, Дана! Он и так уже проклял день, когда решил поднять голос против отца.— Это не повод ему доверять.— А разве у нас был повод усомниться в его преданности? Вспомни, предположение о его участии в заговоре было опровергнуто самым тщательным расследованием. А кадрами вроде Ченга не разбрасываются.— Грант утвердит такое назначение?— Судя по последним его высказываниям, он уже вполне готов сменить гнев на милость.Дана с сомнением покачала головой. Спросила:— А что насчет второго вопроса?— Ты о назначении Диего Фернандеса Региональным Координатором? И какую проблему ты усмотрела здесь? Обычное назначение на обычную должность.— Ты не возражал против кандидатуры?— Нет оснований возражать, Дана.Она поколебалась секунду, потом все-таки сказала:— Я не хотела бы видеть его в твоем окружении.Арман глянул на нее острее:— Почему, если не тайна?— Это человек, который способен на все, — тихо ответила она.— Многие из нас способны на многое...— Я сказала не ?на многое?, а ?на все?, Арман, — возразила Дана. — Последним человеком, которого я считала способным на все, был твой отец. А Фернандес… Мне неуютно в его присутствии. И не надо считать это бредом нервной женщины.— Я и не считаю это бредом, — ответил Арман. — Но пойми, нет ничего, к чему я мог бы придраться, чтобы оспорить назначение. Кандидатура идеальная.— Вот это и настораживает, — вздохнула Дана. — Но ты, кажется, озабочен чем-то совсем другим.— Забот всегда хватает. Ты не забыла, что сегодня у моего сына день рождения?— Нет, конечно. Я поздравлю его.Арман отодвинул стопку бумаг и, сняв очки, потер переносицу — жестом усталости.— Арсен заявил, что на ужине, когда соберется вся семья, он сообщит нечто очень важное.— Большой секрет, надо полагать.— Да какой там секрет! Дернуло меня рассказать ему, что я объявил о своей помолвке с его матерью в свой день рождения. Между прочим, он сказал, что не даст никому сесть за стол, пока ты не придешь. И он не шутил.— Ему досталось дедовское упрямство, — пожала плечами Дана.— Ему бы дедовского ума. Он намерен после Академии проситься в Службу безопасности. И Молери готов его принять, несмотря на молодость и отсутствие опыта.— А в спецгруппу он не будет проситься? — улыбнулась Дана.— Я спрашивал, — хмыкнул Арман. — Он ответил, что не увлекается экстремальным спортом.— Тебе уже говорили, что он очень похож на деда?— Я и сам это вижу… Дана, может, пора перестать отрицать очевидное? Для всех нас ты — член нашей семьи. То, что ты не носишь фамилию Лафонтен, ничего не меняет.Она помрачнела, встала, отошла к окну и отвернулась. Арман тоже встал и подошел к ней.— Дана... Прости, я не понимаю. Я знаю, как ты жила прежде. Разве тебе не хотелось иметь семью? Или мы чем-то тебя обидели? Чем?— Нет. — Она покачала головой. — Нет, все в порядке. Это ты извини... Я просто привыкла думать, что буду чужой для всех, кроме него. Конечно, я приду на ваш... на наш праздник. А теперь давай вернемся к делам.— Конечно. Что там у нас следующее?* * *После совещания Дана вернулась в свой кабинет. Плотно прикрыла дверь, села за стол, с минуту бездумно смотрела на экран включенного ноутбука.Совещание закончилось без сюрпризов. Даже утверждение Лао Ченга в качестве куратора проекта под названием ?Альфа? прошло без особого шума. А вот встреча с Диего Фернандесом, только что назначенным Региональным Координатором Южной Европы, оставила у нее на душе нехороший осадок.Встряхнувшись, она достала из папки, с которой ходила на прием к Верховному Координатору, лист бумаги. Переложила его в другую папку, аккуратно закрыла и прижала ладонью к столу.Сколько раз она вот так носила эту бумагу с собой, но возвращала на прежнее место?Как часто бывало в минуты тревоги или усталости, Дана придвинула и поставила перед собой фотографию в позолоченной рамке.?Все вышло, как ты планировал, верно? Когда писал письма, когда дарил мне кольцо... Я работаю с твоим сыном, твой внук ждет меня на свой день рождения, а исследования генератора, вокруг которых кипели такие страсти, взяты под контроль Ордена, и занимается ими твой воспитанник. И твой вечный противник уже не противник... Ты был бы доволен??Ее прервала трель телефона.— Да. Да, я слушаю. Что?.. Это точно? Нет, секунду, я запишу... Хорошо, завтра прошу ко мне. Утром. Да.Положив трубку, она снова посмотрела на фотографию.?Одного ты не сказал мне, ни сам, ни в письмах. Почему? Зачем тебе нужно было, чтобы я осталась здесь? Ты же знал, что без тебя Орден мне не нужен...?Она задавалась этим вопросом не впервые. Вместо ответа человек с фотографии смотрел на нее спокойно и ясно, как будто зная, что она все поймет и во всем разберется.Снова вздохнув, Дана Ферье передвинула на прежнее место фотографию и убрала в ящик стола темно-синюю папку с единственным листом бумаги.Прошение об отставке в очередной раз осталось неподписанным.