Имхотеп зажмурился, сплакивая навернувшиеся слезы. У него так и вовсе никаких нервов не останется, только получилось проститься, понять, что это был больше не его старый друг, от улыбки которого тепло скапливалось где-то в груди и текло к самым кончикам пальцев, это был не он, его нужно было уничтожить, стереть из памяти и из истории, стереть, стереть, стереть.