Шестьдесят секунд удивительно мало, чтобы вспомнить, как дышать и успеть не потерять себя. Шестьдесят секунд удивительно много, чтобы осознать, что дышать и вовсе не хочется, если рядом нет родного смеха, нежной синевы и этих касаний — удивительно интимных, обжигающих и говорящих в сто раз больше, чем все красноречивые слова.