Он наконец-то вспомнил. Вспомнил всё: тех, кто был дорог, тех, кого он любил, тех, кто был повинен в его смерти. Но сейчас это было совершенно неважно, главным оставались лишь серебристые глаза напротив и родные руки, тянущиеся к нему.