Я ожидаемо заново открываю для себя, что Митра самым банальным образом никого не любил. Ни в образе человека, если возможно так судить, ни сейчас. На месте, где у меня колебалось живое ощущение связи с другим созданием этой неправильной Вселенной, у Митры была брешь.