И если титановая тяжесть Сивира, взрезанная своей неумолимостью, снова подломит им всем разлет ключиц, если их всех снова разнесет, разобьет войною, черный шаман и черный кузнец окажутся по одну сторону, спина к спине?— и было в этом что-то неизменное, горячее, плавящее кости своей безусловной правотой. /au! по отношению к началу пятой книги/