Он шагал, лихо забросив на плечо деревянный посох, по пустынным улицам, когда башенные часы показывали глубоко за полночь, и улыбался детям, которые, припав к окнам, смотрели на спектакль маленьких снежинок, не видя за белой пеленой смеющегося юношу. А он все продолжал идти и нести детям радостный холод зимы, скорбно улыбаясь собственному одиночеству…