Хёнджин был ему никем. Он вызывал ревность. Возможно, даже ненависть - за то, что спальня матери по его прихоти была переделана и закрыта для входа навсегда. Он раздражал своими жестами, вальяжностью, тоном. Хван даже дышал вызывающе и никогда не отказывал себе в манерности. Но…

Когда он пожертвовал своим временем и притащился в школу, чтобы оправдать его перед директором, Феликс впервые подумал, что любовник отца не такой уж говнюк, каким его хотелось считать.