Сеул, 1974. Слухи в Мапо ходят ногами. Быстрыми, босыми, по мокрому бетону — от лотка к лотку, от стены к стене, из рта в ухо. Пэ Сонмун ушёл. Ушёл, повторил пацан. Сам. Собрал вещи и уехал куда-то в Кёнсан, к дальним родственникам. Передал всё. Всё — дома, людей, деньги, базы, связи, конверты ментам — всё. Одному человеку. Пацан посмотрел по сторонам. Посмотрел на Чонгука. Облизнул губы.

— Мин Юнги.

Имя ничего не значило. Потом стало значить. Потом стало значить слишком много.