Воздух задрожал, как струна скрипки, и пространство вокруг них закрутилось — не вихрем, а плавной, почти грациозной спиралью, будто их уносит в танце. Гермиона почувствовала, как её волосы поднимаются, как магия — древняя, чужая, но удивительно знакомая — обвивает запястья, шею, сжимает грудь не болью, а предвкушением.

Последнее, что она услышала — это собственный выдох и голос Драко, уже не такой холодный, а полный изумления и тревоги:

— Грейнджер… держись за меня.