Изнутри доносились размеренные звуки — шорохи, хруст, кажется даже глухие удары. Меня никогда не били, и я точно не знала поэтому. Пришло лишь на ум, что это были именно они — удары. И я не сразу от этого поняла ещё, что происходит. Совсем и не оказалась готова к тому, на что мне предстояло смотреть.

Ксюша лежала на полу, её руки всё ещё судорожно тянулись вверх, словно пытаясь за что-то ухватиться. За жизнь, наверное. Только никто ей не помогал. Её умерщвляли, рвали на части трое.