И теперь у Сукуны разбивается все. Окончательно. Невозвратимо.

И внимание все направлено исключительно на атласные исхудалые руки, на длинные костлявые пальцы.

И Сукуна умереть готов под этими пальцами. Лишь бы нарисовали.

Лишь бы дотронулись.