— Эта барышня, — касаясь фалангами пальцев хатьфу дамы на картине, Цзынь продолжила: — Кто она?Её вопрос заставил Императора Поднебесной грустно улыбнуться. Но он собрался и ответил:— Она та, кто спасла… меня.