Лет на пять выглядел этот чумазый мальчуган в перепачканных джинсах и порванной на плече тоненькой кофточке. Смотрел так жалобно и умоляюще, блестя глазами полными слез в свете фонаря, что уже через минуту ехал на ханбиновых руках в ханбинову квартиру.